Золото скофов-стр.34

Андроников монастырь. Стройные башни с золотыми флажками флюгеров. Белые массивные стены, узорчатые, с острыми прорезями-бойницами. Гулкие плиты двора, в центре - Спасский собор. На стене чугунная плита. Надпись гласит: „Здесь погребены в 1430 году Андрей Рублев с Даниилом Черным". Крутые ступени крупной каменной кладки. Вход в храм закрыт. Тихо . . . Шелестят, шепчут о чем-то старые деревья. Поют птицы. Ветер шевелит травы, нагибает головки ромашек.

Выхожу на крутогор.

Внизу Яуза.

Где-то, за домами, поблескивает вдали золото кремлевских храмов.

Вдруг раздался грохот.

Я оглянулся.

Через мост, позвякивая на стыках рельсов, бежала электричка . . .

Шла жизнь.

В залах древней русской живописи Третьяковки иногда можно услышать замечания зрителей: „Ах, они не так нарисованы!" Это происходит потому, что на иконы продолжают смотреть так же, как на полотна станковой живописи, экспонированные в галерее.

Конечно, между картиной и произведениями иконописи дистанция немалая.

Но это не означает, что иконы нарисованы плохо.

Такие ложные представления не новы.

Вот что пишет известный русский художник и искусствовед Илья Остроухое, избранный после Третьякова попечителем галереи:

„Еще покойный проф. Буслаев видел в нашем величайшем искусстве иконописи лишь плод „векового коснения русского народа", из которого наша иконопись, по его мнению, стала выходить лишь в XVII веке, когда потянулась за западноевропейской живописью . . . Таким образом, как в литературе, так и в живописи русской XVII века, сказалось благотворное влияние Запада . . . Только теперь, очень, очень недавно, какойнибудь десяток-другой лет, это печальное заблуждение стало рассеиваться. Прежде всего икону стали расчищать. Были поражены ее красками, гармонией линий, композицией, чарова-ньем ее духовной выразительности, поняли и ее - столь странную на первый взгляд и столь обдуманную на деле „обратную перспективу", условность ее пейзажа. И вот теперь наша -именно наша - древняя русская икона, столь радостно-близкая и понятная старым русским людям, открывается изумленному миру как искусство высочайших достижений человеческого духа, равных которым надо искать лишь в искусстве Древнего Египта".