Золото скофов-стр.336

Гнетущая тишина царит в избе.

Лязгнет о стакан ложка, хрустнет комок рафинада да стукнутся зубы о блюдце с чаем.

Рядом со стариком - молодая женщина. Темно-русые волосы покрыты розовым платком. На ней яркое праздничное платье. Молодуха истово тянет из блюдечка чай. Но пустой взгляд ее холодных светлых глаз, сверкающий из-под тонких, вразлет, бровей, страшен.

Чувствуется, именно она хозяйка в доме.

Плечом к плечу с ней хлыщеватый муж, в нарядно расшитой цветами косоворотке. Широкоплечий, с маленькой головой, украшенной пробором, крепкоскулыи, он недобро косится на рядом сидящего, набрякшего от выпитой водки и чая старшего брата.

Ритуал чаепития не может скрыть их лютую взаимную ненависть. Пусты стаканы, выпиты рюмки, но конца застолью не видно. Замерли за спинами домочадцы, лезут из-за печки рожицы детей.

Все ждут...

Какое-то ядовитое слово только что было сказано. И, как после молнии, надо ждать грома. Рябушкин в миниатюрном полотне зримо и нелицеприятно написал жестокие нравы кулацкой семьи. Он будто скинул флер идеализации патриархального уклада, ибо к концу жизни с горечью понял истинные нравы пригородной деревни.

Узнал цену влияния чистогана на любимый им сельский быт.

Это произведение, неожиданное для Андрея Рябушкина, можно назвать правдивым свидетельством, поистине разоблачающим документом времени.

Высокое новгородское небо прозрачно.

Стадо лысых холмов спускается к реке Тигоде.

Безлюдно.

Лишь на покатом склоне у деревянной треноги мольберта -человек. Рядом этюдник, палитра, подрамник с холстом.

Разбросаны кисти.

Немолодому мужчине в сером теплом пальто зябко. Он съежился, согнулся на складном табурете.