Золото скофов-стр.321

На прощание они крепко обнялись и расцеловались. Знал ли Михаил Васильевич, что это будет их последняя встреча...

Худая рука Левитана, обтянутая белоснежной манжетой со сверкающей запонкой, показала на черное ночное небо:

-    Знаешь, там нет конца, мы ведь ничего не знаем... Природа всемогуща.

Трепетный мартовский ветер пел в ветвях деревьев унылую, протяжную песню. Левитан шел домой. На сердце было тяжело.

Но надо писать, писать, пока есть хоть кроха сил. И мастер отдает все любимому делу.

На мольберте стоит огромный холст - „Озеро", в котором как бы подведен итог жизненного пути художника.

Иногда он называл это полотно „Русь".

Лето 1900 года было поздним.

Цвела сирень.

Душный, тяжелый запах масляных красок, лаков и растворителей затопил мастерскую Левитана. Было жарко.

Тяжко дышалось. В открытые окна студии врывались звуки города, аромат цветущей сирени.

Живописец смотрел на цветы. Он сказал:

- Я много выстрадал, многое постиг и многому научился во время моей болезни.

В конце июля художника не стало. Сердце остановилось. Серов примчался на похороны из-за границы. Потрясенный и убитый горем, Нестеров выстоял траурный пост у полотен Левитана на Международной выставке в Париже...

Пейзажи Исаака Ильича Левитана - знаки наших шагов по земле, нашей жизни. Они вошли в быт как некая реальность, столь же ощутимая, как юная роща, река или дорога. Мастер волшебно приблизил нас к родной стране, к ее красе. Научил ценить и хранить мгновения прекрасного, которые навсегда покоряют душу.

,, Русь". Загадочно и величественно бездонное небо с неспешно плывущими по своду облаками - тяжелыми и легкими, массивными и прозрачными. И это неторопливое колдовское движение отражается в огромном озере.