Золото скофов-стр.139

Осенью на академической выставке эти картины имели большой успех.

Чесменский бой

Пушкин обнял автора полотен.

Картины молодого мариниста похвалил кумир молодежи -„сам" Брюллов.

Это была великая поддержка, столь необходимая любому начинающему суровый и тернистый путь к истинной славе в искусстве.

Дар Гайвазовского также заметил Глинка и встречался с ним. Такое окружение великих людей заставляло только усерднее работать, работать...

1838 год. Весна. Феодосия.

Перед Иваном Гайвазовским родное Черное море. В тишину весеннего полдня врывается рокот прибоя.

Вспененное, яростное море гонит седые валы, и они с ревом вздымаются и рассыпаются у прибрежных камней.

Только крик чаек, грохот и стоны суровой стихии вспугивают разомлевшую от майского зноя тишину...

Художник как зачарованный глядит на ярчайшую гамму красок, рожденную весной, морем и солнцем. Он весь, весь до конца отдается этой вечной музыке, повторяющейся из года в год миллионы лет.

Он посещает Ялту, Гурзуф. Долго-долго стоит у „кипариса Пушкина", вспоминая погибшего поэта.

Мастер устраивает себе студию в Феодосии, куда привозит все крымские этюды.

До самой зимы он неистово трудится, пытается добиться звучания открытого солнца, и наконец привычная коричневая академическая дымка уступает место полной гамме всепобеждающего пленэра.

Ликующее море и звонкое бездонное небо - все, все, кажется, покорно кисти Гайвазовского.

Но он непрестанно ищет. Ищет свою палитру, свой колорит, безжалостно уничтожая и отвергая серые и вялые холсты.

К нему в мастерскую заезжает Николай Николаевич Раевский